Жанр спектакля режиссер определил как поэтический стендап. «Под стендапом мы понимаем нечто иное, чем большинство людей, — объясняет Андрей Гордин. — Это не стендап в буквальном смысле. Мы относимся к нему как к форме свободного самовыражения, где человек от себя разговаривает с залом, без какой-либо четвертой стены, обращается к своим внутренним переживаниям, выносит их наружу. Эта форма уже была заложена в изначальном произведении — романе “Гриша не свидетель” Насти Рябцевой».

И эта форма оказалась наиболее подходящей для выражения внутреннего мира главного героя. У подростка Гриши накануне 14-летия умирает бабушка. Мама улетает на похороны, папа занят работой — и мальчик остается один в чуждом для него мире.

«Бабушка умерла, но я же остался», — обиженно говорит Гриша маме по телефону. Мама его понимает, но ничего не может поделать. Гриша ее понимает, но не знает, как ему быть. Все всё понимают, но легче Грише не становится.

Спектакль погружает в мир школьника, который, однако, не вмещает большие проблемы Гриши. Он становится свидетелем школьной травли, безразличия учителей, переживает первую любовь. Его «я» формируется под давлением внешней агрессии и внутреннего смятения. И все это наваливается на него тяжелым грузом одновременно, и кажется, будто такое состояние неопределенности будет длиться вечно.

«Мы все были в такой ситуации, как Гриша. Все учились в школе, сталкивались с какими-то тупыми шутками, с буллингом — это всем знакомо, и все через это проходят», — говорит Михаил Мещеряков, исполнитель роли Гриши.

Прочитать материал полностью можно тут.